На днях я видел шоколадный сон,
Мне было сладко, радостно и чудно.
Как в первый раз я вышел на балкон,
Вдохнув холодный воздух полной грудью.

Узор на окнах игл ледяных
Тихонько гладил, чтоб он не растаял,
Тогда мне джунгли из бетона-стали
Родимыми роднее всех родных.

Вчера приснился мне коньячный сон.
Я пил его, лимончик грел мне душу.
Весельем тихим был наполнен он,
Но вдруг проснулся - сон уже нарушен.
Был мягким, тёплым тот коньячный сон.

В глаза бил свет зашторенных ночных окон
Похмельных серых девятиэтажек,
Я детскими глазами видел их, и даже
Заслушивался карканьем ворон.
И "Ночь" Кино включал я не однажды.

Я был готов летать на помеле,
Сбивать сосульки радостно руками,
И пароходик, чудо-оригами,
Лежал на моём письменном столе,
Ждал капитана на моём столе.

Сегодня видел винегретный сон,
В нём всё смешалось: радость, боль, рутина.
Я стал как червь, но был судьбой спасён,
Лишь на мгновенье ощутив скотиной
себя, но это был лишь только сон.

В том сне, бродя по лужам октября,
Пиная ворох жёлто-красных листьев,
На тропке в парке встретил я себя,
Но разошлись мы, словно не заметив,
Ни он меня, ни я его-себя.

Увижу одуванчиковый сон
Я завтра, в этом точно я уверен.
В том сне я буду ветром унесён,
И следом - коврик, что лежит под дверью.
Тем сном я буду в осень унесён.

И станут не нужны ничьи слова.
Я буду всеобъемлющ и свободен.
Подхвачен ветром, улыбнусь едва
И станут вдруг ненужными слова.

Увижу ль вновь я шоколадный сон,
Иль ветер унесёт меня в безвестность?
Но я хочу быть снова здесь рождён,
В том времени и в том же самом месте,
Где я увидел шоколадный сон.